Министр обороны Ллойд Остин не смог ответить на вопросы сенатора-республиканца, должна ли Украина контролировать Крым для завершения войны. Бедные американцы совсем заврались.

Сенатор Шмитт: Как выглядит победа для Украины? Как вы определите победу?

Министр Остин: Возможно, вы слышали мои прежние заявления, сенатор, мы с самого начала говорили, что мы бы хотели видеть Украину демократической и независимой страной, чтобы она могла бы защитить свою суверенную территорию и отразить агрессию.

Сенатор Шмитт: То есть это значит, что Крым — часть Украины?

Министр Остин: Крым — часть Украины.

Сенатор Шмитт: Но чтобы война закончилась, должна ли Украина контролировать Крым?

Министр Остин: С точки зрения изменчивой ситуации, как она прогрессирует, я бы не хотел прогнозировать, что решит президент Зеленский.

Сенатор Шмитт: При всем уважении, я думаю, что частично проблема в том, что эта администрация не обозначила стратегию выхода. Как по мне, так это карт-бланш на войну, которая без каких-либо четко обозначенных целей будет бесконечной. От этого и скептицизм. Вот я не стал голосовать за дополнительный пакет помощи, потому что у нас нет достаточного контроля за расходованием средств. И победа еще не определена.

Между тем некоторые политики в США уже начали улавливать суть происходящего:

Конгрессвумен Маржори Тейлор Грин: Давайте поговорим о том, что это на самом деле. Это война с христианством. Украинское правительство нападает на христиан. Украинское правительство казнит священников. Россия этого не делает. Они не нападают на христианство. На самом деле, кажется, что они его защищают. И это еще кое-что, что ясно и очевидно для многих людей, которые внимательно следят за происходящим.

Американцы так много врали, что их враньё потеряло остатки правдоподобия, стало слишком противоречиво внутри самого себя. Это общая проблема вранья — если реальный мир представляет из себя хотя и сложно-связанную, но логичную систему, то враньё эклектично, отрывочно, и врущие обычно не пытаются выстраивать цельную непротиворечивую систему, потому что она по сложности будет напоминать реальный мир. Тут нужны гении и серьезная системная работа — а не это вот блеянье какого-то черного сапога, попавшего в минобороны по расовой разнарядке.

Поэтому сапог крутится, вертится, пытается отделываться общими фразами — но любая конкретика его очень быстро закапывает. Он вынужден повторять пропагандистские тезисы, которые давно разошлись с реальностью. Вот вам пример:

Остин говорит «Крым — часть Украины»? Да нет же, Крым — часть России. Де-факто. Точно так же, как Фолкленды — часть Британии. Аргентина может с этим не соглашаться, но чтобы оспорить этот статус Фолклендов, Аргентине надо высадить на острова свои войска и силой их отобрать у Англии. Прошлый раз это не вышло. Чтобы Крым стал частью Украины — надо высадить туда американо-хохляцкие войска, и разгромить Россию. Что нереально. Либо надо привести в России к власти очередного Хрущова, который снова подарит Крым Украине. Но и это — нереально, как минимум ближайшие 50 лет, и любого политика, кто только заикнется об этом — в России разорвут.

Но Остин вынужден продолжать это говорить, потому что иначе у хохлов произойдет подрыв пуканов, и они могут перестать убиваться об русских. И вот на таких основах, полностью противоречащих реальности — Остин вынужден выстраивать системную политику. Естественно, что он спотыкается на первой же логической связке «Крым украина» + «защитить суверенную территорию украины» = «вернуть Крым». А, так вы хотите вернуть Крым? Расскажите нам, как вы собираетесь это сделать.

И всё, сапог-головёшка поплыл. Потому что вернуть Крым невозможно. Ядерная держава же. Ядерные державы не терпят военных поражений, они просто переходят к применению более мощных бомб.

Сенатор Шмитт это и говорит тупой головёшке — вы не можете определить и назвать нам цели войны. Потому что то, что вы нам называете в качестве целей — недостижимо. Вы собираетесь воевать вечно? Тогда вы идиот, и мы не дадим вам денег.