Вчера имел удовольствие посозерцать новые обложки журнала Cosmopolitan. Те, что сверху. Первая мысль была как всегда в таких случаях: «Так вам и надо».

Но потом я немного присмотрелся к ситуации и раскаялся.

Да, конечно же люди толстые от этой новой культурной политики пострадают. Во-первых они пострадают как любые жертвы растления (а из именно растлевают) утратив возможные биографии и тела, а взамен приобретя блестящее блесками excrementum всученное им чертями из модных журналов.

Во-вторых, они, конечно же, пострадают от тех болезней, что неразрывно связаны с лишним весом: неспособностью к репродукции, сердечная недостаточность, депрессия, болезни суставов и позвоночника.

И они будут страдать, исправно служа для своих мучителей рынком вещей огромного размера, специфического утешительного глянца, лекарств, еды отвратительного качества и туалетной бумаги.

Но нужно понимать, что все это нацелено не против них. Совсем нет.

И, конечно же, все это не безумие, как бы ни хотелось нам в это поверить. Все это холодный расчет, направленный…

Нет не на размытие понятия нормы.

Такая гипотеза есть, но ее недостаток в том, что никто не может объяснить, в чем смысл размывания этого понятия?

Ведь размытие понятия приводит к тому, что нормальным становится все. И какая от этого конкретная выгода?

Злобно похохотать над человечеством?

Во-первых, не слишком ли много трудов?

А во-вторых, что еще недостаточно смешно что ли?

Дело не в размытии нормы, а в ее стигматизировании. Норма должна стать враждебной. Почему?

Да потому что норма – это производительное состояние человека. Те кто создает основную часть продукта – нормальны.

Это люди с более или менее нормальным весом, в нормальными семьями – с детьми и женами.

Чем же эта нормальность так плоха и почему ее нужно стигматизировать?

А потому, что, как я уже говорил – норма – это производительное состояние человека и большую часть продукта производят эти недостаточно жирные для обложки глянца гетеросексуалы. А этот продукт надо как-то изымать и перераспределять, что никак не получится, если не ограничить политическую власть и политическое представительство этих самых нормальных рабочих.

Следовательно, необходим конструкт общественного мировоззрения, в котором человек имеющий работу и семью – уже фашист.

Просто потому что он нормальный.

Норма = фашизм.

То, что мы наблюдаем это неораскулачивание.

То есть сначала конструирование морали, в рамках которой тот у кого мы собираемся все отнять – зло. Лишаем зло прав.

А затем лишаем зло имущества и свободы.

У тебя нормальная приличная работа? Ты просто отнял это рабочее место у угнетаемых тобой меньшинств.

У тебя дети? Ты эгоист, который ради продолжения рода травишь планету углекислым газом, который выдыхают твои отпрыски.

У тебя жена – привлекательная блондинка, которая и родила тебе этих детей? Ты патриархальный угнетатель, ненавистник геев и бодипозитивщиц, от которого надо твою жену спасти специальным отрядом лесбо-феминисток.

Ты должен работать и молчать, отдавая большую часть своего труда хозхяину, который и содержит эти отряд феминисток, глянцевых бодипозитивщиц и журналистов, которые с остервенением орут, что быть жирным – это очень правильно и здорОво.

И если ты против того, чтобы жить беднее, не в доме, а в специальной одноместной капсуле, питаться соей, не иметь семьи, не размножаться, а почитать за счастье аренду секс-куклы, то это значит что ты хочешь нормальности.

А значит ты – фашист.

А с фашистами у нас – сил добра и света —  разговор короткий.

Помните жуткие рассказы про мясорубку им. Берии? Так вот тут даже она не нужна.

Сядем на тебя вот этой ж@пой с обложки и раздавим.

Зачем нам мясорубка… Ее делать надо.