Импортозамещение ПО
Это такая понедельнишная коротявка. Что нам делать в этой сфере. Как это делать. И сможем ли делать.
Сначала вопрос — как происходит монетизация в интернете? Набирается пул подписчиков, а потом с этих подписчиков собираются деньги. И продаются страницы для размещения рекламы.
Те, у кого подписчиков больше — более интересен рекламодателям и получает больше бабла. Бинго.
Схему уловили?
В сфере программного обеспечения, оказывается, эта схема тоже работает. Создаётся некий продукт, который выкладывается в свободный доступ БЕСПЛАТНО (базовая версия). А когда его начинают скачивать и юзать достаточное количество пользователей — коммерческая версия ПРОДАЁТСЯ заинтересованным структурам.
А теперь внимание — лайфхак: представьте себе, что вы препод гдетотам. И намерены воспользоваться описанной выше схемой. У вас есть идея некого продукта. И вы …. припахиваете своих студней. И они вам делают всю рутинную работу по созданию базового продукта. Который вы выкладываете в свободный доступ, далее — по схеме.
Ребят, давайте не будем строить из себя целок валдайских. Все же прекрасно знают, что студней припахивали, припахивают и будут припахивать ВСЕГДА. Это доля студней. Их дао.
Но когда речь идёт о звании, публикации или должности, или есть прямой заказ на разработку — вот тут преподы сразу соображают про припахать. Это когда морковка прямо перед носом висит. А вот в случае с импортозамещением — почему-то нихрена эта соображалка не работает. Либо на просторах нашей необъятной не нашлось преподов, сумевших внятно сформулировать задачу и хотя бы представить себе — какой продукт нужен.
Слушайте, это уже просто профессорский стыд кокойты. Томущо это ставит вопрос об уровне преподов.
Я вам вот что скажу — такая схема хороша с точки зрения всей отрасли, и даже экономики в целом. Во-первых, она создаст конкуренцию. Что со всех сторон хорошо. Потому что конкуренция = развитие.
Во-вторых, это создаст рынок разработок. Не какой то там куцый базаришко, где крутятся пяток крупных компаний, а полноценный рынок.
В-третьих, это наполнит НАШИ репозитории.
Тут сделаю малюсенькое отступление. Тем дурачкам, которые на меня сейчас собираются ругнуться, что я рассекретил «рыбное место»: придурки, вам же легче будет монетизироваться, если это всё станет обыденностью. И рынок таки сформируется.
Ну и в четвёртых: после такого вот припахивания ваши студни получат опыт РЕАЛЬНОЙ разработки ВОСТРЕБОВАННОГО продукта. Что, согласитесь, вот прям зер гут.
Ещё раз:
1. Наполнение репозиториев.
2. Создание рынка.
3. Опыт учащихся в реальных разработках.
4. Возможность заработать самим преподам.
По-моему, это со всех сторон хорошая схема. Я вам по секрету скажу, что она РАБОТАЕТ. Уже. Вот прям сейчас.
Преподы, аууу — у вас студни неприпаханные шляются, кому сидим на попе ровно?
Кстати эта схема может быть применена не только в Ай-Ти.
З.И.Л.
Угу, если до 26 года доживём, то посмотрим что там нам импортозаместят
Ну, я вот щас юзаю РОСА фреш в параллель с основным линём.
В 26 году мы переходим на централизованный документооборот, СООН и АИС до сих пор глючит, хотя сколько лет уже в эксплуатации.
Студни писали за только малую, препод мыл бабки. (Вариант со сдуднями и преподом не более чем вариант,подставь нужное)Потом все слились. А копаться в коде чужом — прогеры не любят. А бабло на новое выделять не будут — работает же. Итог на лице. Глючит, пучит, но тянет. И поверь такого софта — как мусора в конторах. В том числе и у нас. И годами оно так работает.
Советская школа программизма и руководства разработкой:
Да студни которые с головой и так уже деньги зарабатывают, а не сидят и пашут на прохфессора.
При том у некоторых есь такая практика, что на некоторых лекциях уже спорят с преподами ибо знания преподов иногда отстают, и они сидят в своих закукленных медотичках и тп.
И это не я придумал, это со слов студента. Он говорит, что на лекции ходит только ради посещаемости ибо в другом месте, на работе, он получает больше знаний. И вообще нужно идти на платное образование(это ещё выбрать нужно) ибо там действительно дают знания, которые соответствуют настоящему времени. А не времени Старика Хоттабыча.
А те, что пезд головы студни, те и так работать не будут.
Только есть 3 проблемы: время, кадры и деньги.
1. Время разработки ПО довольно большое. Тот же SolidWorks переписать надо больше 1000 человеко-лет (на самом деле больше — от 10 000). И это не значит, что наняв 1000 программистов через год получишь продукт; это означает, что наняв не менее 100 программистов ты получишь более-менее адекватный продукт не ранее, чем через 10 лет.
2. И эти 100 программистов — нифига не студни. Студни вытягиваются на необходимый уровень года за 2-3 — и то не все. А потом часть из них сваливает в более денежные области. В общем нужен стабильный коллектив.
3. Вот ты влил от 1 млрд. рублей (зарплата + налоги + инфраструктура) в течении 10 лет. И получил рабочий продукт. Начинаем подсаживать пользователя — т.е. реклама, конференции, учебные курсы, бесплатные версии… Если думаешь, что можешь уволить программистов и нанять вместо них маркетологов, то ты не угадал — нужны и те и другие. Т.е. расходы ВОЗРАСТАЮТ! И вот ещё через 5 лет и ещё 1 млрд. рублей настаёт время подсекать рыбу. И какую ты должен выставить цену на продукт, чтобы окупить затраты?
Позвать полковника Кудасова, пусть выворачивает карманы))
PS. С SolidWorks повезло — в России есть 2 сопоставимых продукта, каждый из которых развивается больше 35 лет.
Вот объясни мне тупому что значит РАЗВИВАЕТСЯ?
На ИСХОДНЫЙ продукт/программу — налепили сначала кучу модулей? Потом на эти модули в свою очередь — очередную кучу модулей? А потом — третью ступень нашлёпок и четвёртую и т.д.?
И вся эта нашлёпка конфликтует друг с другом, соперничает за ресурсы, отжимает друг у друга очередь выполнения и прочая такая развития?
Или как в IDE — сначала исходный продукт был на одном языке, потом туда встроили кучу нашлёпок ещё на десяти языках, а потом и вовсе надстроили над всем этим XML?
Вот это ты называешь развитием?
Когда для одной программы нужны несколько компилляторов, компоновщиков и интерпретаторов?
Это дебилизм.
Ударим автопробегом по пездорожию и раз гильдяйству!))
Не все так просто в масштабе. Далеко не просто. И вот не работает так как это ты видишь. И спорить не буду. Так как результат на лицо.
Виш ле — во всём мiре это работало десятилетиями.
А вот когда стали в кучку собирать разрабов в крупные компании, вот тут и попёрла дичь детектед и начался адЪ и израель в разработках. Тут же наплодилось правообладателей и расцвела копипастия.
Вот как в головах может уживаться ДВЕ РЕАЛЬНОСТИ?
В одной — почти все сколько-нибудь значимые программы и разработаны одиночками в том числе и студентами и используются миллиардами юзверей. А в другой — этого не может быть патамучта глодеолуц. И обе эти реальности уживаются в одной отдельно взятой гологе.
Мы щас оставим тот аспект — одиночки в реале они были или же всё не так просто. Возьмём официальную версию реала.
Проблема тут в другом — преподы желают сразу после окончания разработки срубить бабла.
Сразу и пабольшы!
Ждать несколько месяцев или лет?
Данунафиг!
Шо оне — лохи шоле?
Щас и многа.
Ну или сразу под заказ. Вот тогда когда морковка перед носом болтаеца — тада они тут же запрягут всех попавшихся под руку.
Все сколько-нибудь значимые программы разработанные одиночками являются небольшими утилитами. А из софта, что используют миллиарды, одиночных разработчиков я что-то не припомню вообще.
Ну если не считать городские легенды про Гейтса, который написал Windows в гараже, или Брина, создавшего Google в соседнем гараже…
Да да. Примерно так.
Развитие — по определению — изменение в сторону улучшения.
Для систем проектирования развитие — это увеличение поддерживаемых объектов и технологий, ускорение работы, увеличение сложности проектируемого изделия, изменение методологии работы. Это всё невозможно решить цеплянием дополнительных модулей.
С другой стороны — да, есть такой путь улучшения программ, как навешивание дополнительных модулей. Это даёт быстрый маркетинговый и, соответственно, экономический эффект. Имеет смысл, если нужно быстро затоптать конкурента. Но обычно сигнализирует о том, что стратегию развития компании начали контролировать «эффективные менеджеры» — с последующими проблемами…
Знаешь, я за последнее время во сколько программ не залез — везде вот эта хня: модули налеплены на модули. И всё это обзывается оболочкой.
А слеплено это всё в виз-виз-редакторах через три транды рукав. Т.е. один язык интерпретируется в другой, тот в третий и наконец всё это кое-как компонуется и компиллируется.
А томущо «разрабы» не код пишут, а мышкой в виз-виз-редакторе элементы таскают туды-сюды. Следовательно вообще понятия не имеют как взаимодействуют элементы программы.
Чтобы, так сказать, закрыть вопрос со студнями (и в поддержку кочки зрения Зилка) — хрестоматийный пример:
В 1996 году студенты Стэнфордского университета Ларри Пейдж и Сергей Брин начали работу над проектом BackRub, посвящённым изучению ценности веб-страниц с точки зрения количества ссылающихся на них сайтов. В итоге они разработали алгоритм PageRank.
Это и есть основа поисковика Google. Всё остальное в нём — свистоперделки.
Разумеется, Ларри Пейдж и Сергей Брин работали совершенно не по собственной придури — их подрядил декан факультета. И не только их — там суммарно было около 30 студней, которые копали сразу во все стороны, но в рамках общей темы.
А тему эту (вместе с финансированием) спустила в универ АНБ США вместе с ЦРУ США. Для наивных юношей, не понимающих, какое отношение поисковик Google имеет к АНБ и ЦРУ — объясняю: это типичный инструмент OSINT.
OSINT — open-source intelligence, разведка по открытым источникам. Генерал-лейтенант Самуэль Уилсон, который был руководителем РУМО США (военная разведка, часть АНБ США) в 1976—1977 годах, отмечал, что «90 процентов разведданных приходит из открытых источников и только 10 — за счёт работы агентуры».
Собственно, АНБ США как раз и была создана для OSINT. Это уже потом она принялась подслушивать, подглядывать и пытать слишком скрытных.
Классическим примером работы АНБ США во время WW2 является получение информации об успешности проведения бомбардировок на вражеские мосты путём получения и анализа изменения цен на апельсины в Париже.
Ну а Интернет, в частности веб-сообщества и контент, созданный пользователями — социальные сети, видеохостинги, вики-справочники, блоги, веб-форумы — это сейчас главный источник OSINT. Для чего, думаете, запад так раздувал блогерство и соцсети?
Ну вот — Ларри Пейдж и Сергей Брин делали инструмент OSINT для АНБ США. При этом функционирование этого инструмента оплачивают лохи-пользователи.
Ахахахаха, а вы правда думали, что вот это всё сделано — чтобы дать вам возможность найти в интернете фотку пьяного Ельцина или там выйкройки для семейных трусов?
Еще один пример — разработка мессенджера ICQ. Он тоже был разработан студнями в Израиле — на деньги Моссад. И существенное время с его помощью Моссад ковырялся в чужих компах как у себя дома (не говоря уже об анализе приватной переписки всех придурков, которые им пользовались).
Ну так пущай родной тащмайор копаеца сколько захочет. Но с помощью НАШЕГО ПО.
Для Google это было: 8 лет; студенты из Стендфорда; бум дот-комов.
Советую посмотреть на редактор Thonny — сделанный студентами вполне себе продукт.
И таких примеров — сотни.
Прямо сейчас.
О гойспидя. Студентов зарядило АНБ, через специальных людей при Стэнфорде. Конкретно бабло прошло через декана.
Затем тех, кто показал наилучший результат — посадили в специально сделанную под них фирмочку делать на основе PageRank как бы гражданский коммерческий поисковичок. На деньги АНБ. Это потом и стало называться Google, «корпорация добра».
То, что при этом нужные люди еще подворовывали игрой на бирже с акциями гугля — это обычное в около-бюджетном секторе США дело.
В конечном счете, конечно, Ларри Пейдж и Сергей Брин стали просто ширмой для структуры, являющейся по сути государственной, но прикидывающейся коммерческой. Однако их PageRank явился-таки основой главного продукта корпорации.
Схема со студнями — это вариация классической «бочки с крысами». На одну и ту же тему напускается кучка студней, за небольшие бабки пытающихся придумать какой-то новый подход к сформулированной проблеме. Студни лезут из кожи вон, воруют друг у друга и вообще отовсюду идеи, чтобы вырваться вперед. Потом результат анализируют эксперты. Самых перспективных крыс пересаживают в отдельный загончик и начинают хорошо кормить — чтобы они выдали уже что-то похожее на рабочий образец. Ну а дальше вокруг образца уже строят нормальную компанию и набирают разработчиков высокого класса.
Ну так детально я не хотел писать. Только намекнуть преподам что можно такие вещи инициативно начать.
Тащемта и вообще сама по себе схема описанная мной тоже рабочая.
Рабочая конечно. Но не везде и не всегда как мы видим в реальности. Либо воруют много либо стимул не тот.
Ну да. Я только хотел выделить слово «Стендфорд» в смысле кадров. Ведь если студней набирать из Таганрогского пединститута или (прости господи) Сорбоны, то сколько денег не вливай, а результат будет как у Зилока: «мышкой в виз-виз-редакторе элементы таскают туды-сюды».
Как ни странно, бывают самые разные варианты. Талантливые люди могут найтись буквально везде, иногда в самых неожиданных местах.
Генри Форд, например, даже среднюю школу не окончил, и рос на ферме. Казалось бы — что этот сын крестьянина может понимать в моторах и промышленности?
Михаил Тимофеич Калашников — тоже сын крестьянина (кстати, репрессированного кулака), с трудом доучился до 7 класса в сельской дыре Томской области Сибири. С соответствующим качеством образования. Получил паспорт, подделав печать местной комендатуры в справке (сыну кулака справка не полагалась). Ну и скорее сбежал из мест, где его знали — в Казахстан, где работал мальчиком на побегушках (секретарем в политотделе при железной дороге). Потом армия. После курса младших командиров получил специальность механика-водителя танка. Вот там-то он и показал себя изобретателем — кто бы мог подумать.
Первое, что он придумал — счетчик числа выстрелов из пушки. Очень простая механическая конструкция — при откате пушки грузик поворачивает стрелку на одно деление, и заряжающий видит, сколько раз уже выстрелили. Это важно в советских танках, где боезапас рассован по всяким дупеням (в том числе в ящиках на полу танка), поверх всего катаются стрелянные гильзы, и быстро понять, сколько еще снарядов осталось, просто глядя — трудно.
Затем он придумал счетчик моточасов мотора танка. Это было настолько важно, что Калашников был вызван для доклада о нём к командующему Киевским Особым военным округом генералу армии Георгию Жукову, от которого получил в награду именные часы. Однако, несмотря на давление Жукова и его протекцию, счетчик не дали запустить в производство, а Калашникова постарались сожрать.
Причины? «Не мешайте воровать». Счетчик не дает приписывать часы и тырить бензин и масло (а также оплату механиков и прочее).
Заметь — я очень скептически отношусь к авторству Калашникова в пресловутом автомате, но то, что он был талантливый человек, хорошо чувствовавший механику — это бесспорно, и наверняка его в клад в доводку автомата очень велик, даже бесценен.
И таких случаев — очень много. Люди двигали технику, имея самые ничтожные образования либо вообще не имея профильного образования в той области, где достигали успеха. Есть даже теория, что образование ПОРТИТ и подавляет креативность — поскольку сразу предлагает готовые решения либо стандартные подходы (и человек перестает видеть нестандартные возможности).