Кубинские врачи: зачем их обманывают и убивают

Название «Кубинская армия белых халатов» придумал вождь кубинской революции Фидель Кастро: так он называл зарубежные миссии врачей, существующие с 1960-х годов как символ солидарности коммунистического правительства с населением всего мира. Доктора — гордость Кубы — работают в более чем 60 странах мира, в основном в Африке и Латинской Америке. По разным данным, за рубежом их насчитывается от 20 до 50 тысяч человек.

Миссии в других странах помогают Гаване получать необходимую иностранную валюту. По оценкам, за год таким образом остров получает около 8 миллиардов долларов.

«Однажды ночью я проснулась оттого, что кто-то зажал мне рот. Это были двое мужчин в балаклавах и с оружием. Я услышала крики подруги в соседней комнате», — рассказала 48-летняя Джулия, семейный врач с Кубы, отправленная на помощь братскому венесуэльскому народу. Ее изнасиловали.

В опасное и отдаленное место — венесуэльский штат Боливар — доктора послал кубинский координатор, которому она не ответила взаимностью на ухаживания. Там она и ее коллега жили в лачуге с прозрачной пластиковой крышей. Дверь их «дома» кто-то однажды с легкостью вскрыл, но на власти страны этот случай впечатления не произвел. А после изнасилований женщин просто вывезли из глубинки в столицу Венесуэлы, где они прошли превентивную терапию против ВИЧ, а основной посыл от психолога был простым: «никому не рассказывай». Джулия и не рассказала: когда координатор перевел ее в Боливию, она просто пересекла границу с Чили и затем перебралась в Испанию, где запросила убежища и стала ассистентом хирурга.

Подобные истории среди кубинских медиков-«дезертиров», которых отправляют «на экспорт», не редкость. При этом сами кубинские врачи мечтают попасть на работу за рубежом: им кажется, что там можно не только приобрести опыт, но и неплохо заработать. Зарплаты действительно воодушевляют: если в 2011 году на родине врачу платили 15 долларов в месяц, то в Венесуэле — 125 долларов в месяц в первые полгода, 250 в последующие и 325 во время третьего года. При этом семье врача, которую не разрешают брать с собой, выплачивали дополнительно по 50 долларов. Это считалось своеобразной гарантией возвращения медика на родину.

С 2011-го зарплаты выросли примерно в три раза, но и риски возросли. Дейли Коро (Dayli Coro) отправили в венесуэльский городок Эль-Сомбреро в октябре 2011-го, где она буквально оказалась в зоне боевых действий. «Было много группировок. После боев раненых привозили к нам, потому что в местной венесуэльской больнице дежурила полиция», — рассказала Коро. На нее так часто наставляли пистолет, что она привыкла: почти каждый раз ее угрожали убить в случае смерти пациента.

По большей части ее пациентами были подростки лет 15. «Некоторые были живы, но мы знали, что если их не прооперируют через 20 минут, они умрут. А у нас не было необходимых условий. У нас не было даже обычных лекарств», — рассказывала она. Пациентов приходилось везти в больницу в 45 минутах езды, Дейли заставляли ехать с ними. При этом всегда был шанс, что другая группировка нападет на машину скорой, чтобы добить раненого.

«Мне было тогда 24 года: маленькая, худенькая девушка. Но когда тебя окружает столько насилия, становишься невероятно безэмоциональным человеком», — отметила Коро, которой сейчас 31 год. Ей, в отличие от Джулии, даже повезло: сама она жертвой физического насилия не стала.

Впрочем, даже если врачи не попадают в зону боевых действий, работать им приходится в не самых приятных условиях. Они живут в одном месте, соблюдают комендантский час и не покидают домов после шести вечера. Им запрещено дружить с местными и даже посещать их с проверкой после оказания помощи. Координаторы — сотрудники служб безопасности — каждую неделю допрашивают всех сотрудников миссии, а кому-то предлагают деньги за сотрудничество: вычисляют потенциальных перебежчиков.

Одними бытовыми неурядицами дело не ограничивается: врачам приходится работать без необходимых медикаментов, а также постоянно подделывать показатели, чтобы они соответствовали спущенным сверху. Правозащитники сообщают, что этим занималась по меньшей мере половина опрошенных: они выдумывали пациентов и визиты, спасенные жизни, а также необходимые для статистики состояния. Считается, что преувеличение эффективности миссий позволяет Кубе запрашивать у принимающей стороны больше средств.

Коро эту информацию подтверждает. По ее словам, подобное вмешательство просто-напросто неэтично. «Если пациент готов идти домой и принимать лекарства сам, я не собираюсь оставлять его на пять дней под капельницей. Я не могу сказать, сколько пациентов с сердечными приступами у меня будет на неделе, капельницы могут понадобиться и им», — отметила она.

Именно из-за несогласия с подобной тактикой у Дейли начались проблемы. Ее перевели в спокойную сельскую местность, но и там требовалось «рисовать» показатели. При этом необходимого оборудования и лекарств в клинике не было. Врач рассказывала и о чудовищных формальностях: так, мужчину с раком легких отказались переводить в Каракас просто для того, чтобы он значился именно в статистике местного учреждения. «Здоровье венесуэльцев кубинскую миссию не волнует. Однажды у меня на руках умер 11-летний ребенок, пока я пыталась подключить его к аппарату искусственной вентиляции легких, который не работал», — рассказала женщина.

В итоге по возвращении на Кубу в 2014-м, ее отправили в больницу, где в принципе не было отделения реанимации (а она именно в таком мечтала работать) — четкий сигнал о попадании в немилость. Позднее Коро отстранили от работы под предлогом прогулов, стали относиться как к диссиденту, начались нападки на семью и друзей. В итоге она поехала в гости к родственникам в Испанию, где и осталась.

Похожую историю рассказал и 48-летний Карлос Мойсес Авила (Carlos Moisés Ávila). Он работал в Венесуэле в 2004 году. «Каждый из нас должен был ежедневно отчитываться о спасении одной жизни, поэтому иногда приходилось брать здорового человека и класть его под капельницу», — рассказал Авила. При этом ситуация с медикаментами, по его словам, была вообще ужасающей: с Кубы привозили уже просроченные, поэтому их приходилось уничтожать и включать в списки как использованные.

Кстати, по опросам правозащитников, 89 процентов кубинских докторов не знали заранее, в какую страну их направят, не говоря уж о конкретном месте. У 41 процента кураторы или чиновники по приезде забирали паспорта. Практически все — 91 процент — рассказали, что за ними постоянно наблюдали сотрудники службы безопасности, у некоторых также требовали данные о коллегах. Кроме того, получаемая докторами на месте зарплата на самом деле составляла всего 10-25 процентов той суммы, какую принимающая сторона платит Кубе за одного врача. Остальное оказывается у властей.

Ситуация с кубинскими врачами оказалась в центре внимания после решения об их выводе из Бразилии. Это произошло после избрания президентом этой страны Жаира Болсонару, придерживающегося правых и проамериканских взглядов. Он заявил, что его стране не нужен «рабский труд», а также поставил под сомнение квалификацию медиков. Гавана в ответ заявила, что профессионализм и альтруизм медиков подвергать сомнению недопустимо.

Как бы то ни было, кубинские врачи действительно спасают жизни, пусть и иногда в кошмарных условиях. Они помогают Венесуэле, они борются с болезнью, вызванной вирусом Эбола в Африке, работают во время катастроф. Сложно точно назвать число кубинских врачей, которые не согласились с методами правительства и сбежали во время работы за границей. Неофициальные подсчеты говорят о тысячах человек. В то же время трудиться на правительство остаются десятки тысяч других.

Источник материала
Материал: Екатерина Первышева
Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем сообществе пользователем Proper на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта на EMAIL abuse@newru.org с указанием адреса (URL) страницы, содержащей спорный материал. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

You may also like...

новее старее
Уведомление о
Gena
Gena

Врачи кубинские хорошие, как и в свои годы солдаты-интернационалисты. Но сама система отчётности по-социалистически сейчас как анахронизм. Как Кубе вертеться в нонешнем мире -хз.

千ㄥㄚ_丂ㄥ丨爪 フ尺.
千ㄥㄚ_丂ㄥ丨爪 フ尺.

Еба, так это про врачей или латинскую Америку?!

Kokunov
Kokunov

Современные коммунисты они такие…

千ㄥㄚ_丂ㄥ丨爪 フ尺.
千ㄥㄚ_丂ㄥ丨爪 フ尺.

Рыночный коммунизм с отенками коричневого

Henren
Henren

Подготовка кубинских врачей хорошая. Но, дьявол её побери, коммунистическая диктатура Кубы не дает им толком работать. Конечно, люди бегут. Работать за 100-200-300 долларов врачом в зоне боевых действий, без оборудования и лекарств — это издевательство. В Латинской Америке, по-хорошему, нужны нормальные медсанбаты, под охраной десантуры и с авиационным прикрытием. Что там может сделать один врач?

RWW
RWW

Чеегой то рассказ в стиле Коммисары с маузером всех запугали, церкви взорвали, всех в колхоз загнали а сами водку с гетерами жрали .
В целом ощущение что писалось по методичке разоблачения «кровавого большевистского режиму» счастливыми убежаниями в заграничный эльфийский рай.
Неубедительно как то, но на молодые тупые умы наверно может подействовать.